Ассоциации и ощущения

.

Нутром образования и разветвления связей (ассоциаций) между исходными элементами — ощущениями. Эта док­трина, сложившаяся еще в XVII в., ее родоначальни­ком был материалист Гоббе, а наиболее ярким и последо­вательным «разработчиком» применительно ко множеству конкретных вопросов материалист XVIII в. Гартли, до­минировала также и в период становления психологии как самостоятельной отрасли знаний.

Преимущество учения об ассоциациях состояло в по­пытке объяснить, как возникают новые зпания и новые действия, иначе говоря, как индивид приобретает опыт — научается.
Речь шла не о таинственных и спонтанных си­лах души, а об элементах опыта, которые возникают при воздействии раздражителей на органы чувств, а затем соединяются в результате повторения.
Возникновение ощущений и их повторение поддавались объективному учету, контролю, управлению. Не от внутренних психи­ческих импульсов или способностей, а от внешних влия­ний, их распределения во времени и т. д. зависел получае­мый эффект, т. е. упрочение ассоциации.

Эта теория не предполагала никаких загадочпых величин. Напротив, она объясняла такие загадочные явления, как, например, пе­реход от одной «мысли к другой или совершение действия, по имеющего видимой причины, образованием ассоциа типпых сцеплений, каждое звено котррых имеет опытное происхождение. Очевидно, что подобная схема была не­сравненно привлекательнее для естественнонаучного ума, чем учение о способностях души, по поводу природы ко­торых можно было лишь гадать.

Но, несмотря на свои явные преимущества, ассоциа­тивная концепция в ее «классических» формах к концу прошлого столетия испытывала тяжелые трудности. Шел процесс ее оттеснения с позиций главного учения о пси­хической деятельности человека в целом.

Здесь не место рассматривать вти трудности. Отметим л ишь, что свойственные ассоцнашгзму атомарность и ме­ханистичность подвергались с различных сторон острой критике. Самые верные защитники ассоцпаиязма отсту­пают от намеченной им строгой н чёткой картины душев­ной жизни.

Ассоциативная психология была детищем механики XVII—XVIII вв.— галилеевской, декартовской, ньютонов­ской. Механическая модель в психологии рушилась под напором новых запросов. Она уступала место, как уже отмечалось, биологической модели — дарвиновской.

О роли дарвинизма в открытии психической реальности мы уже говорили. Применительно к видовому поведению дарвинизм выдвинул на авансцену психологической тео­рии значение генетически детерминированных побуди­тельных сил — инстннктов. Но учение о происхождении видов не только объясняло их изменчивость. Оно предпо­лагало также определенный взгляд на изменчивость орга­низма как индивидуальной системы.

Подчиненность этой системы общебиологическнм родовым законам не снимает проблему индивидуального приспособления. Проблема же эта является как физиологической, так и психологической. Физиология к моменту появления дарвинизма вырвалась вперед под путеводной звездой физикохимических зако­нов. Организм представлялся только под одним углом зре­ния — как эпергетпческая машина. При исследовании ра­боты органов приспособления к среде — рецепторов, нерв­ной системы и эффекторов идеалом также считался строго механистический подход.

Более подробную информауию по статье - Ассоциации и ощущения Вы можете получить у наших менеджеров.

Понравилась информация - поделись с друзьями!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*
Website