Бихевиоризм, единая схема аномальных реакций

.

«Бихевиорист в своем стремлении создать единую схему аномальных реакций,— писал Уотсоп,— не призна­ет разграничительной линии между человеком и живот­ными. Поведение человека во всех его топкостях и слож­ности составляет только часть общей схемы исследований бихевиориста»

Согласно Уотсону, слово — это речевая реакция, кото­рая замещает предмет (или ситуацию) по принципу ус­ловного рефлекса. Но ведь сам предмет, с точки зрения бихевпориста, исчерпывается мышечными операциями, ко­торые способен произвести. Иначе говоря, речь не может вывести за пределы двигательного опыта, которым бихевиоризм и ограничил зону познания.

Хотя и предполагалось, что первичным является открытое речевое поведение, обращенное к другим лицам и лишь затем по­степенно переходящее во внутреннюю речь, это утвержде­ние лишь по видимости «социализировало» интеллект, ибо основой коммуникации оставались непосредственные рече­вые сигналы, а не язык как общественноисторическая система, определяющая их структуру и значение.

Таким образом, все явления, относившиеся прежде к сознанию, переводились на бихевиористский язык, описы­вались как различные модификации мышечных реакций на раздражители.

0 поведении как предмете психологии говорили и раньше. Функционалисты требовали, например, соотно­сить сознание с реальным действием, трактовать психологические функции как орудия приспособления к среде. Но Уотсон придал понятию поведения однозначный смысл. Из него исключались:

а) факты сознания,

б) нейрофизиологический субстрат. Оставалась формула «стимул — реакция» как конечная единица отношении организма к среде.

Является ли эта формула фиктивной, в ней осепи следы психической (именно психической, а не только физиологической) реальности? Идея о том, что телесная реакция в ее детерминированности внешней системой отношений является объектом психологического (а не только физиологического) познания, соответствовала ло­гике движения этого познания.

Пороки бихевиоризма были порождены не защитой этой идеи, а ее односторонним толкованием: телесная ре­акция отчленялась от образа, участвующего в ее построе­нии, я от мотива, побуждающего ее произвести. Бихе­виоризм впадал здесь в такую же односторонность, пак и те психологические системы, которые отчленяли образ от действия или мотива (гештальтпсихология) либо мо­тив от действия пли образа (психоанализ).

Более подробную информауию по статье - Бихевиоризм, единая схема аномальных реакций Вы можете получить у наших менеджеров.

Понравилась информация - поделись с друзьями!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*
Website